Встреча с одесским “Романтиком” была первой. Жаль, что наши коллеги из Одессы под руководством Аллы Суховей спешат – впереди еще несколько пещер – они нам очень могли бы помочь в транспортировании снаряжения в пещеру, особенно на первом этапе – через “Проспект Хунвейбинов”.
“Проспект Хунвейбинов” – это 100 метровый входной лаз шириной 0,6-0,4 м и высотой 1,0-0,3 м, наиболее трудный и скучный кусок пещеры. Наши “циклопы” до сих пор не могут простит Алексею Соляру и мне открытие этого прохода, которое было сделано в мае 1966 года.
– В следующий раз, Шеф, будете самые делать план такой дыры – полушутливо, полусерьезно грозился экспедиционный врач Андрей Багриновский, округленные формы которого едва вписывались в каменное объятие “проспекта”.
В 13.00 снаряжение уже было готово к транспортировке в глубины лабиринта. Коротенькое производственное совещание по разделению частей “проспекта” между спелеологами, и вот уже Валерий Васильев, в миру – конструктор електровакумного завода, взял мешок с хлебом, исчезает в темном отверстии. За ним под землю спускаемся все мы, лишь один Женя Зельдин, инженер-строитель, как наиболее хозяйственный, остается на поверхности, чтобы подавать на живой транспортер мешки с снаряжением. Он будет замыкать нашу подземную колонну и подбирать все утерянное по дорогое.
Нели Наумовой, студенту-геологу, “спелеологу в миниатюре” достался один из наиболее сложных кусков “проспекта” – “Колено Линь-Бяо”, через которое только она могла протолкнуть кроме себя еще и какой-либо груз. Юля Жидкова и Галя Науменко – техники завода телеграфной аппаратуры – получили в свое распоряжение “Сифон Мао” – не менее трудный участок “проспекта”. Я, пользуясь правами начальника, выбрал себе более широкое место и довольно легко передавал мешки Славе Вихляеву, преподавателю института физкультуры, который, ползая вперед-назад, передавал их в несколько этапов дальше, в грот “Столовый” – единственное расширение на “проспекте”. Оттуда, снова организовав живой конвейер, груз был переправлен в грот “Неф” – окончание проспекта.
Одним словом, не прошло и четырех часов, как мы все уже были в гроте “Рояль” – опорном пункте топосъемок во время первых двух экспедиций. Начиная от “Нефа”, когда на нашем пути начали появятся множественные разветвления лабиринта, Валерий стал разматывать катушку шпагата, прокладывая дальнейший путь по лабиринту. Это гарантировало безопасность возвращения на поверхность.
Через 2 часа работы, с “Рояля” наш отряд довольно удобными коридорами (за исключением “Замочной скважины”), украшенными чудными произведениями гипса, попадаем в район “Воронцовского дворца” – так его назвали киевляне, которые работали здесь во время 2-ой экспедиции. Отдыхаем. Еще около 2-х часов “ходьбы” и мы в гроте “Четырех”.
Отсюда до цели нашего путешествия – галереи “Циклоп” – рукой подать. Действительно, проходим грот “Радостный” (названный так Галей Малявиной и Юлей Жидковой во время ІУ “Ледовой” экспедиции, когда они открыли этот район), дальше величественный зал “Комарова”, округлый зал “Дружба”, просторный “Юбилейный”, галерея Спелеологов и вот мы уже в “Циклопе”. 10 часов 30 минут продлилось наше подземное путешествие.
Утомленные и счастливые обедаем (в 24.00!) и начинаем обустройство лагеря. Валерий включает два мощных “петромакса” – подарок болгарских спелеологов и целая пятидесятиметровая галерея заливается ярким светом.
Вдруг оказывается, что транспортник с теплыми вещами Клавы Стельмащук и Гали Науменко где-то исчез. Наверное, мы его где-то забыли по дорогое… Все утомленные более чем 10-часовой трудной работой, но мешок необходимо найти – холодная ночевка в таких условиях – 9 градусов по С, при 100% влажности, приносит мало пользы…
Проборматав про себя несколько не совсем вежливых слов про спелеологическую рассеянность, готовлюсь к поискам. Вместе со мной идут добровольцы – Женя Зельдин и Василий Ткачук – студент-выпускник ЛПИ, которые пойдут на поверхность с ночевкой, чтобы утром принести воду для пополнения наших запасов.
Поиски были удачными на 200%. Мы нашли еще один утерянный мешок…
Когда в 3-и часа ночи я возвратился в лагерь, все уже спали. Действительно, при свете мощного петромакса фантастическая картина открылась перед глазами: грозно висят под сводами галереи могущественные гипсовые глыбы, готовые, кажется в любую минуту раздавить такие беззащитные и хрупкие сооружения нашего подземного лагеря. Тем не менее, серебряные скаты палаток чудесно вписались в первозданное царство ночи и своим присутствием будто подчеркивают конец вечного царствования тишины и тьмы в этом гигантском лабиринте. С невероятным наслаждением залезаю в старенький спальный мешок.